Метка: нейросеть

Британскому анестезиологу Эду Патрику сообщили, что его мать Энн, много лет живущая с болезнью Паркинсона, находится при смерти. У женщины не прекращались судороги, а врачи не могли добиться улучшения с помощью лекарств.

Когда Патрик приехал в больницу, мать была без сознания, а у нее уже начиналась почечная недостаточность. Прямо у постели пациентки он попросил Gemini найти и кратко пересказать свежие медицинские публикации о похожих симптомах.

На основе найденных данных врач предположил, что причиной судорог мог стать дефицит витамина B6. По его версии, нехватку витамина спровоцировал один из препаратов, который Энн принимала для лечения болезни Паркинсона.

Патрик поделился своей догадкой с лечащим врачом, после чего пациентке ввели витамин B6 внутривенно.

«Чего мы не ожидали, так это скорости и силы эффекта. Через несколько минут после введения витамина B6 судороги прекратились», — рассказывает невролог Бруно Гран.

С тех пор приступы у Энн не повторялись. По словам Патрика, в когнитивном плане мать словно вернулась на 5–10 лет назад.

Подобные случаи встречаются крайне редко. На сегодняшний день описано всего 14 пациентов с такими осложнениями. Патрик надеется, что витамин B6 сможет помочь и другим людям с болезнью Паркинсона, однако врачи подчеркивают, что для внедрения такой терапии сначала необходимо провести клинические испытания.

Ажиотаж вокруг киберугроз от ИИ — не только про реальные риски, но и про рынок, который готовится продавать инструменты защиты. Об этом на конференции Goldman Sachs заявил глава Nvidia Дженсен Хуанг, отметив, что индустрия сама подогревает тревогу.

«Что может быть лучше для создания спроса, чем создать проблему? Кто не хочет, чтобы рынок впал в истерику из‑за его продукта и выстроился за ним в очередь?» — сказал Хуанг. Еще летом он называл «полной чушью» и сценарии уничтожения человечества ИИ, и прогнозы о массовом исчезновении рабочих мест.

Но особенно примечательно его заявление сейчас. На выходных CEO Anthropic Дарио Амодеи призвал ИИ‑компании притормозить разработку самых мощных моделей и пустить независимых аудиторов даже к закрытым системам. Идею поддержали Сэм Альтман и Илон Маск — редкий момент согласия между конкурентами.

Рынок отреагировал нервно: инвесторы опасаются, что замедление гонки ударит по спросу на чипы и инвестициям в дата‑центры. Акции Nvidia просели более чем на 3%, AMD — на 4,6%, Intel — почти на 5%.

Исследователи предложили необычный способ объединять разнородные медицинские данные, чтобы прогнозировать ухудшение состояния пациента в реанимации.

Они собрали информацию о 54 тыс. взрослых: показатели жизненных функций, анализы, ЭКГ, снимки грудной клетки и текстовые записи врачей. Все эти данные преобразовали в изображения и сжали в единую «визуальную память» пациента — вектор из 1024 чисел. По нему ИИ пытался предсказывать состояние человека в ближайшие 3–48 часов.

Лучше всего модель справилась с прогнозом смерти в течение 48 часов: показатель точности достиг 0,852 (0,5 — случайное угадывание, 1 — идеальное предсказание). ИИ также заранее замечал риск острого повреждения почек, органных сбоев и мог прогнозировать вероятность скорой выписки из реанимации.

При этом ценность работы не столько в точности прогноза смерти — обычные статистические модели дают сопоставимые результаты. Главное — ученые показали, что одна ИИ‑система может одновременно обрабатывать совершенно разные типы данных. Теоретически на вход можно добавлять новые исследования, а на выходе получать ясный график прогноза состояния пациента.

Meta представила Muse Spark 1.3 — четвертую модель линейки за пять месяцев. Новая версия заметно прибавила в агентных и программных задачах и приблизилась к лидерам независимых рейтингов, при этом остается одной из самых доступных моделей в своем классе.

Muse Spark 1.3 уже доступна через Muse Code и Meta Model API. Пользователи могут работать с конфигурацией xhigh, а более мощная max пока проходит дополнительное тестирование безопасности и доступна только партнерам. Именно max показывает лучшие результаты Meta в бенчмарках, поэтому сравнивать ее напрямую с широко доступными конкурентами пока некорректно.

По данным Artificial Analysis, версия max набрала 62 балла в Intelligence Index, а xhigh — 61. Для сравнения, Claude Fable 5.1 достигает 66 баллов в режиме max и 65 в xhigh. Muse Spark 1.3 при этом делит позиции с GPT‑5.6 Sol max, Grok 4.6 high и Claude Opus 5 high.

Самый заметный рост пришелся на агентные задачи. В τ³‑Bench Banking, где ИИ работает с инструментами в симулированной банковской среде, Muse Spark 1.3 max получила 52%, а xhigh — 47%. В Terminal‑Bench 2.1 результат вырос примерно до 85–86%, хотя Claude Fable 5.1 все еще выше — более 91% на максимальных настройках.

Meta также заявляет, что модель стала экономнее в реальной работе: во внутренних тестах по программированию она использовала примерно на 20% меньше вызовов инструментов и на 25% меньше токенов, чем Muse Spark 1.2. Модель лучше удерживает несколько параллельных задач, сама замечает пробелы в плане и запрашивает уточнения перед важными действиями.

Цена API не изменилась: $1,25 за миллион входных токенов и $4,25 за миллион выходных. По оценке Artificial Analysis, выполнение одной задачи из их индекса стоит около $0,55 — это самый низкий показатель среди моделей с результатом 59 баллов и выше. Для сравнения, другие модели на схожем уровне обходятся примерно в $0,94–1,23 за задачу.

При этом фактическая стоимость одной задачи выросла с $0,40 до $0,55 по сравнению с Muse Spark 1.2 — аналитики связывают это с большим расходом входных токенов в агентных тестах. Meta также готовит open‑weight‑версию Muse Spark, но пока не раскрывает, какая именно конфигурация получит открытые веса, когда состоится релиз и под какой лицензией.